Дима Зицер: «Ребенок — это ваш любимый человек»

0
11

Писатель, педагог, основатель питерской Школы неформального образования приехал с лекцией в Челябинск и рассказал, как не надо воспитывать детей

Дима Зицер: «Ребенок — это ваш любимый человек»

Дима Зицер — педагог, который в прямом эфире дважды в неделю ведет на «Маяке» программу «Любить нельзя воспитывать», автор методики неформального образования, основатель одноименного Института и Школы в Петербурге, автор книг «О бессмысленности воспитания подростков», «Свобода от воспитания», «(НЕ) Зачем идти в школу?», блогер и колумнист.

Дима Зицер (он не Дмитрий, он Вадим) собрал на лекцию «Эти невыносимые дети» полный зал родителей. Говорит он предметно и внятно. Достаточно сурово расплющивает ходульные представления о педагогике и воспитании, развенчивает мифы о том, как правильно и как неправильно, и дает непредсказуемые ответы на очевидные вопросы. После его лекций у родителей обычно взрывается мозг, но это дело житейское.

Перед началом лекции мы задали Диме вопросы, которые волнуют родителей сильнее других.

Дима Зицер: «Ребенок — это ваш любимый человек»

— Дима, мы все — заложники собственных родителей и их системы воспитания. Делай то-то, не делай то-то. Ты должен делать то-то и не должен то-то. Потому что я так сказал. Мы невольно те же принципы воспитания практикуем на своих детях.

— ОК. Вас родители заставляли что-то делать в детстве, и вы считаете это правильным. Ну, считайте дальше. Я никому не судья и ничей опыт не подвергаю оценке.

— Я понимаю. На Ваш взгляд, кто-нибудь кому-нибудь что-нибудь вообще должен?

— А вы как считаете?

— Я считаю, что нет.

— И я так считаю.

— Но категория «должен» работает?

— У вас работает?

— Нет. Но это мой личный опыт.

— Так нет ничего кроме личного опыта. И у меня не работает. Ни у кого не работает.

— Хорошо, спрошу по-другому. Нас воспитывали так: у ребенка должны быть обязанности. Например, наводить порядок в комнате, мыть посуду, заправлять постель и так далее.

— Задайте себе вопрос: зачем? Зачем заправлять постель?

— Ну, тут простой ответ: потому что с детства надо учиться справляться с трудностями. Потому что в жизни придется делать не только то, что хочешь, но и то, что должен. Вот эта постель, порядок, одежда — из категории «надо» и «должен».

— У каждого из нас в жизни бывают сложные моменты. Каждый день мы решаем проблемы, выкручиваемся, преодолеваем трудности. Это нормально. Нам пригодятся умения гибко реагировать, анализировать, адаптироваться, искать варианты — один, два, пять вариантов, но никак не умение заправлять постель. Я не встречал человека, который отлично справляется с трудностями, потому что всегда в детстве по утрам заправлял постель или читать научился в четыре года.

— Хорошо. Давайте я переформулирую. Каждая мама и каждый папа боится за своего ребенка. Потому что хочет ему добра. Хочет, чтобы он вырос успешным, умным, талантливым, бог знает еще каким.

— Давайте я попытаюсь объяснить. В основе родительства — страх. Нам всегда страшно за ребенка. Это инстинкт, его отменить нельзя. Страхом объясняется: шапку надень, учи уроки, не дерись, слушайся старших, будь дома после девяти и так далее... Понимаете, чего мы, родители, так боимся? Боимся, что будем несостоятельными, что плохо справимся с воспитанием. Так это ваши проблемы, дорогие родители.

Дима Зицер: «Ребенок — это ваш любимый человек»

— Мы боимся, чтобы не наделал глупостей, не попал в плохую компанию, не вырос неучем-лодырем... Это же правильно?

— Нет. Страх — системообразующая конструкция. Им объясняется практически все, что мы делаем. За любимых боятся, это понятно, это нормально.

— И что же делать?

— Сначала посмотрите, что делает страх. Мы учим ребенка жить в силовой модели — подчиняться старшему и сильному. Мы почему-то считаем, что знаем, что для них лучше только потому, что они родились крошечными и ничего не умели, а мы их учили ходить, есть, говорить.

Не может быть ничего хуже, чем человек, который привык, что за него все знает и решает значимый взрослый — сначала мама или папа, потом кто-то другой. Такая система воспитывает людей, которые подчиняются сильному. Воспитывает рабов, жертв. Если вы хотите, чтобы ребенок именно так себя чувствовал и так себя вел — ОК, грузите его обязанностями.

Нет никакого рецепта успеха в том, чтобы ребенок четко исполнял ваши требования, например, умел заправлять постель, наводить порядок в комнате или мыл посуду, — и его бы это каким-то образом научило быть счастливым и успешным. Дисциплина не делает человека успешным.

— Хорошо, но если страх за ребенка — первичен, его никуда не деть, то... Что с ним делать?

— Лучшее и, пожалуй, единственное, что можно сделать — сказать себе честно: «Да. Я боюсь. Да, мне страшно за ребенка. И поэтому я кричу, я волнуюсь, я злюсь, я запрещаю, я контролирую, я решаю, куда тебе ходить, куда не ходить и такое прочее...»

— И что меняется?

— Способность осознать, что именно с нами происходит, отличает нас от животных. Как только вы признаетесь себе, что ваше поведение продиктовано страхом, все становится немного другим. Это абсолютно точно лишает родительские указания такой силы, уверенности и правоты, какая только что была безоговорочна. Ваша правота была основана только на том, что вы родитель и знаете, как надо. Ну вы серьезно? Вы точно знаете, как правильно?

Дима Зицер: «Ребенок — это ваш любимый человек»

— А как правильно?

— Давайте здесь остановимся, это ключевой момент. Ребенок верит родителю безоговорочно, как божеству. Кушай кашу, а то не вырастешь. Надень шапку, а то заработаешь менингит. Учись хорошо, а то будешь дворником. Все знакомо? Велик родительский традиционный соблазн управлять и повелевать. Ну и до какого возраста вы будете повелевать?

— Лет до...

— Безусловная власть родителей над ребенком заканчивается в семь лет. Потом у него начинаются сомнения — так называемый кризис семилетия. А потом он станет 13—15-летним человеком, который будет сам решать, слушаться вас или нет.

Что можно запретить подростку? Он все равно сделает, что считает нужным. Нравится вам это или нет. Его поведение в подростковом возрасте — это отзеркаливание вашего поведения по отношению к нему, пока он был мал и слаб. Будьте готов к тому, что на вашу силу найдется другая сила.

— Это называется переходным возрастом.

— Нет никакого переходного возраста. Просто с вами рядом не ребенок, а равный вам человек. С самого рождения.

Самое сложное для мамы и папы — не считать себя и вправду божеством, правым по умолчанию. Конечно, он маленький в нас нуждается. Но наша взрослость и сила в том, чтобы этим кольцом всевластия не воспользоваться. Это же не наша заслуга — что мы старше. Это просто биологический факт.

Мы, взрослые, забыли, как сами были детьми, выросли и почему-то считаем, что знаем, как правильно воспитывать детей. Это опасная штука. Для начала попробуйте в этом усомниться. Сомнения — ключ к ответам на главные вопросы.

— Хорошо. В чем же тогда состоит воспитание?

— Признайтесь, что в глубине души считаете ребенка своей собственностью. Ты живешь в моей квартире — значит, живи по моим правилам. Вот вырастешь — тогда пожалуйста. Знакомо?

Дима Зицер: «Ребенок — это ваш любимый человек»

— Конечно.

— И вы транслируете: «Нет, я не разрешаю делать тату. Это не та музыка. Это не та одежда. Это не те друзья».

Простите, у вас что, коммунальная квартира? Вы ребенку комнату сдаете? Это его дом настолько же, насколько и ваш. Почему надо жить по твоим правилам? Вы хотите, чтобы ребенок вырос в системе координат «сильный всегда прав»? Так он вырастет!

— И если мы против такой системы...

— ...Замените в этой сентенции ребенка на мужа. Скажите мужу: вот когда у тебя будет свой дом, тогда и будут твои правила.

— Мда. Смешно.

— Я противник дискриминации по возрасту. Это наша власть и взрослый выбор — считать ребенка равным. Учесть его свободу.

Он отдельный от вас человек, так уж получилось. Он другой, потому что он другой. Родился другим, со своим характером, привычками, принципами... И имеет столько же прав, сколько и вы. Трудно это принять.

Но в такой модели у нас уже два голоса. Дайте ему право сказать — «по моему мнению», «на мой взгляд». Услышьте его. Поговорите на равных, как взрослые люди. Это совершенно новая модель взаимоотношений, и она кайфовая!

Дима Зицер: «Ребенок — это ваш любимый человек»

— Непросто.

— А кто говорил, что будет легко? Конечно, проще сказать: «Нет и все, я сказал!»
Так можно, так нельзя. Это черное, это белое. Ну а где кайф тогда? Для этого мы стали родителями? Чтобы вечно руководить и управлять?

— Как же быть со страхом, который затапливает все разумные умопостроения?

— Признайтесь себе и признайтесь ребенку: «Деточка любимая, я боюсь. Я сумасшедшая мама или папа, пожалуйста, прошу тебя, напиши эсэмэску». Говорите как чувствуете. Говорите как с равным. Будьте в отношениях людьми, а не функциями по воспитанию. Это же нормальный разговор двух взрослых, а не функций. Они же нас обожают. Они услышат.

— Как бы сформулировали главное родительское правило? Лучшее, что можно сделать для своего ребенка?

— Сделать так, чтобы он не боялся вам рассказать о любом переживании. Чтобы всегда мог прийти и сказать: «У меня беда. Вопрос. Проблема». Чтобы в любой ситуации — в любой! — ему было не страшно рассказать как есть. Чтобы он не получал в лоб: «Опять! Я же тебе говорила! Я так и знала! Что ты за остолоп! Что ты опять натворил???» и прочую чушь.

Дима Зицер: «Ребенок — это ваш любимый человек»

Надо выстроить такие доверительные отношения, чтобы этот человек — ваш ребенок — не боялся вам рассказать вообще ничего. Как самому близкому человеку. Разве вы не самые близкие люди?

— Заставлять и настаивать бесполезно?

— Бесполезно.

— «Он ничего не хочет». Наверняка родители часто спрашивают вашего совета, что делать в таком случае.

— У меня встречный вопрос. Как вам это удалось, дорогие родители?

— То есть, родители виноваты.

— Так, стоп. Я не говорил, что кто-то виноват. Я только спросил: как вам это удалось? В педагогике есть правило: что делали — то и получили.

Нет ни одного ребенка, который рождается и ничего не хочет. Каждый рождается активным, любознательным, любопытным, познающим мир без остановки, без устали. Он всегда чего-то хочет. Пока ему не рассказывают: это нельзя, это не трогай, это непонятно, мама/папа потом объяснит. То есть нужно было приложить усилия и таким образом закрепостить ребенка, что он сам не знает, чего хочет.

— Можно ли это отыграть?

— Можно. Попробуйте сами сесть вечером и написать на листе бумаги десять пунктов: что бы вы хотели делать и делали бы только это, если бы вам никто не мешал.

Дима Зицер: «Ребенок — это ваш любимый человек»

— Да запросто.

— Не спешите. Вы с трудом справитесь, может быть, не один вечер потратите.
Представьте, как трудно вашему ребенку понять, чего он на самом деле хочет, если вы за него хотели все время. Он не научился хотеть сам.

— И что же делать тогда?

— Сесть с ним рядом. Обнять. Сказать: как я тебя хорошо понимаю, сама вот мучилась. И пусть старается. Не мешайте ребенку познавать мир, познавать себя.

Мы наследники и заложники родительских программ — конечно, вы правы. Но мы самое осознанное поколение родителей за последние сотни лет.

— Раннее развитие — на ваш взгляд, тоже полная ерунда?

— Раннее развитие — это родительский невроз. Чем вы хотите гордиться? Каким вы хотите видеть вашего ребенка? Обратитесь к себе и спросите, зачем вам это надо.

Здоровый человек ничего не будет доказывать ни себе, ни окружающим. Доказывать, что он хороший родитель, потому что у него такой хороший сын или дочь, он в три года читает по-китайски, попутно играет на скрипке и так далее. Это ваш личный невроз.

Дима Зицер: «Ребенок — это ваш любимый человек»

— А что такое гордость за своего ребенка?

— Я не знаю, что такое гордость. Хотите испытывать гордость — испытывайте.

Поймите, все желают детям добра и счастья. Но мы должны понимать, что их делает счастливыми. И это уж точно не успеваемость, не наши амбиции и не наши программы, которые надо выполнить, потому что мы так считаем.

Лучшее развитие в любом возрасте — то, чем вы занимаетесь вместе, то, что вас объединяет и делает счастливыми. Вообще самое главное в воспитании — быть вместе: болтать, гулять, играть, петь, дурачиться, наряжаться, смеяться...

— Звучит не очень серьезно.

— Ребенок — это ваш любимый человек. Обращайтесь с ним как с любимым, самым близким, с которым вам всегда весело и классно что-то делать вместе. И сразу понятно, что заставлять — глупо и бессмысленно. И сразу становится легко: «Давай посмотрим это кино?», «Давай третье мороженое сожрем?», «Смотри, какую музыку я скачал», «Смотри, я новую книжку купил», «Что за новая игра, покажешь?», «Помоги, не могу в этой штуке разобраться» и так далее.

Дима Зицер: «Ребенок — это ваш любимый человек»

Разделять его радости, огорчения, затруднения, ошибки, открытия и разделять с ним свои — вот главное, что вы можете сделать для своего ребенка.

Первое областное информационное агентство благодарит за поддержку организатора лекции — компанию «Доброта Продакшн».

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь